Елена Нечай, «Ростелеком Ключ»: «Умный дом не должен быть зоопарком технологий»

— Что сейчас входит в понятие «умного дома»?

— Если говорить о жилой недвижимости, «умный дом» — это все, что связано с цифровизацией придомовой территории и квартир. Технологии внутри решений немного разные, но цель у них одна: комфорт, безопасность и повышение качества жизни.

Придомовую территорию девелоперы и управляющие компании чаще всего оснащают сервисами и устройствами: умными шлагбаумами, камерами видеонаблюдения за всей территорией и за отдельными участками (например, парковками — чтобы в приложении было видно свободное место), умным домофоном, системой гостевого и курьерского доступа. Это базовый минимум, который уже стал неотъемлемой частью большинства жилых комплексов.

В квартире набор решений определяется интересами и возможностями жителя. Спектр широкий — от автоматического открытия штор до управления светом и роботом-пылесосом. Но и тут тоже есть гигиенический минимум: датчики протечки воды и другие общефункциональные решения, которые делают жизнь удобнее.

— Как концепция «умного дома» изменилась за последние годы? 

— Относительно недавно у нас был только аналоговый домофон, где-то — еще камеры. Сейчас домофоны стали умными. Появились устройства доступа не только в подъездах, но и на калитках, и во внутренних помещениях. С ростом автомобильного парка и стремлением к большей приватности стали делать умные шлагбаумы: они умеют распознавать номера и сами пропускают автомобили из базы. Машины экстренных служб тоже могут бесшовно проезжать на территорию: камеры считывают окрас и другие опознавательные знаки.

Цифровизация квартир идет семимильными шагами. Базовый набор «умного дома» уже стал частью привычной жизни. Максимальный тоже встречается, пусть пока и в небольшом объеме. Но еще недавно мы его почти не видели.

— Рынок цифровизации ЖК активно развивается, но часто предлагает разрозненные решения. Вы говорите о создании «единой цифровой среды». В чем главная проблема «зоопарка технологий»? 

— Основное — это неудобство. Мы уже приучены, что все необходимое должно быть не в 45 приложениях, а в нескольких. Особенно когда речь идет об одноименных функциях. Например, в решениях для придомовой территории это контроль и доступ. Несмотря на разные технологии и «железки», по потребительским свойствам они легко объединяются в единую среду.

В умном доме для квартиры — то же самое. Допустим, у вас есть чайник, он управляется через одно приложение. Свет — через другое. Пылесос — через третье. В такой конфигурации этим тяжело оперировать. Поэтому клиентский путь должен быть унифицирован.

Для управляющей компании «зоопарк технологий» вдобавок несет дополнительные затраты. Когда внедрены решения от разных вендоров, это создает несколько точек контакта для решения вопросов и проблем. Соответственно, нужно вовлекать больше ресурсов и усложнять бизнес-процессы.

— Правительство утвердило концепцию цифровизации МКД. При этом во вторичном жилье процесс идет медленно из-за устаревшей инфраструктуры и сложности собраний собственников. Что поможет сделать цифровизацию доступной для таких домов? 

— Это сложная история. Она сейчас обсуждается на разных площадках. По нашим наблюдениям, многие участники рынка склоняются к тому, что нужна целевая программа по цифровизации вторичного фонда. Потому что, если идти по стандартному пути, это затянется на долгие годы. Плюс нужны послабления с точки зрения принятия решения на объекте. 

— Вы работаете с девелоперами на ранних стадиях. Насколько умные системы влияют на итоговую стоимость квадратного метра и маржинальность проектов? 

— Итоговую стоимость определяет не вендор, а застройщик. Но мы посчитали, какую сумму могут прибавлять умные решения к себестоимости жилья на примере 200 реальных ЖК. Для объектов комфорт‑класса — от 300 руб. за кв. м, для бизнес‑сегмента и выше — от 700 руб. за кв. м. На наш взгляд, это приемлемые суммы.

Когда дом становится удобнее, его привлекательность в глазах покупателей повышается. Новые объекты выше эконом-класса уже странно вводить без умных систем.

— Повлиял ли кризис на запросы застройщиков? Упрощают ли они «умный дом»?

— Пока мы не видим сокращения базового набора сервисов. Когда жилье определенного класса принято видеть с таким объемом дополнительных услуг, лишать будущего жителя привычных удобств не кажется оптимальным выбором. 

— Если говорить об «обезжиривании» проектов: от каких опций можно отказаться, а от каких не стоит? 

— Минимум, о котором мы говорили ранее, уже стал необходимостью. Если посмотреть на путь жителя от шлагбаума до квартиры, здесь вряд ли можно что-то убрать. Оставить двери открытыми? Не ставить шлагбаумы, когда автопарк и число платных парковок растут, а двор рискует быть заполнен машинами не только жителей, но и всех окружающих? С точки зрения комфорта, к которому мы стремимся, от этого уже не отказаться. 

— Один из сдерживающих факторов — вопрос кибербезопасности и приватности данных, особенно при внедрении ИИ (распознавание лиц, видеоаналитика). Как вы строите баланс между безопасностью дома и правом жителей на приватность?

— «Ростелеком» — компания, которая строго соблюдает все регуляторные требования. Наша платформа — 100% российское решение. Она размещена в наших дата-центрах, которые также соответствуют всем требованиям по безопасности. Мы встраиваем в платформу и системы разные механизмы защиты от кибератак. Конечно, все это проходит строгий контроль наших коллег по информационной безопасности. 

— Кто несет ответственность за сбои в системе?

— Когда мы оснащаем территорию дома умными системами, заключаем договор, в котором прописаны время нашей реакции, а также разные SLA по устранению сбоев. Есть история форс-мажора: она также описывается в любом договоре и определяет зоны ответственности сторон. 

— Импортозамещение — ключевой тренд. Вы говорили в одном из интервью, что софт — полностью российский, но с оборудованием есть вопросы. Отражаются ли дефицит и удорожание комплектующих на сроках окупаемости цифровых проектов для застройщиков?

— Отражается. Но отрасль умных систем сейчас достаточно серьезно импортозамещена — если не препарировать до всех комплектующих. Потому что остаются отдельные уникальные позиции, и это в большей степени касается ЖК премиум-класса.

Если переходить от нижней категории жилья к верхней, то возможности импортозамещения там разные. На самом высоком уровне есть элементы, которые пока не могут быть на 100% импортозамещены, если говорить именно о конечном оборудовании. Но в нашем решении в целом это преимущественно импортозамещенная история. В центре, в ядре, как я уже сказала, — 100% российское решение.

— Искусственный интеллект вы используете точечно — например, в сервисе поиска свободных парковок. Планируете ли идти в более глубокую автоматизацию, как это делают, скажем, в промышленности? 

— Конечно. Но мы не делаем это ради самой технологии. Мы идем от запроса наших потребителей и заказчиков. Если искусственный интеллект помогает решать задачи жителей, выводить новые востребованные функции, тогда он может быть встроен в решение — как, например, в истории со свободными парковками или с ситуацией, когда житель подходит, а дверь уже открывается.

Недавно я изучала материалы по искусственному интеллекту, и там была фраза о том, что 95% внедренных ИИ-решений не принесли никакой практической пользы, и только 5% были сделаны вдумчиво и действительно оказались полезными. От исследования к исследованию эти цифры варьируются, но в целом видится, что практический смысл для внедрения в бизнес сейчас извлекается пока в меньшем проценте экспериментов и пилотов с ИИ. 

Это еще раз убедило меня, что «Ростелеком Ключ» движется в правильном направлении при создании полезных для пользователя услуг: технология подбирается под потребность. ИИ позволяет делать решения интереснее и более автоматизированными, но для нас он не самоцель, а средство.